Смотреть на зверей за решеткой неинтересно. Более того, по-хозяйски рассматривать леопарда в клетке кощунственно. Ведь по-хорошему не вы должны смотреть на него, а он на вас. Смотреть так, как он делал это десять тысяч, тысячу и даже пятьсот лет назад. Вспомните, как это было, ощутите, что чувствовали предки, глядя в глаза дикого зверя. Не пожалейте времени и денег, чтобы поехать туда, где зверь до сих пор может свободно посмотреть в глаза человека, – в Африку.

Свидание зверю в Южной Африке (ЮАР) назначают в разных местах. Наиболее распространены два варианта: национальные, то есть государственные, парки и частные заповедники. Друг от друга они отличаются в первую очередь размерами, во вторую – количеством обитателей.

Самый знаменитый национальный парк ЮАР – парк Крюгера. К персонажу фильма ужасов он не имеет ни малейшего отношения. Свое название он получил в честь президента бурской республики Крюгера, который – это в Южной Африке известно любому малышу – был большим другом всех зверей. Он-то и распорядился создать для них этот огромный заповедник: говорят, что на территории Крюгер-парка умещается пять Бельгий. В центральной части парка – самая высокая в мире концентрация диких животных. Здесь легко назначить свидание любому гражданину африканской саванны, будь то слон, носорог, жираф, лев или леопард. Антилоп здесь около 17 видов, в реках можно запросто повстречать крокодила и бегемота. А уж о знакомстве с африканскими пернатыми и говорить не приходится.

Строители гостиниц в заповедниках предпочитают обходиться без заборов. Гостей частного парка ожидает менее изысканное общество. Зверей здесь заметно меньше. Что понятно. Ведь многие частные заповедники в свое время создавались прежде всего с охотничьими целями, а не для охраны животного мира. Другие вообще были в прошлом сельскохозяйственными угодьями, а впоследствии их заселили дикими животными.

Однако у частных парков есть и свои преимущества. Ведь именно отсюда и пошла мода, захватившая сегодня большую часть африканского континента: хозяева разрешали туристам и охотникам жить в хижинах на территории парка, наблюдая за животными. Сейчас останавливаться в специальных гостиницах на своей территории – лоджах (в переводе с английского lodge – убежище) – разрешают и государственные заповедники, в том числе Крюгер-парк.

Гостиница-лодж обычно состоит из небольших одноэтажных бунгало, оснащенных всем, без чего жизнь современного человека на лоне природы немыслима. В бунгало есть ванная, телевизоры, телефоны, холодильники, кондиционеры в спальне, вентиляторы в гостиной и прочие предметы первой необходимости. Оформлены они, как правило, в традиционном африканском стиле, стены увешаны копьями, масками или, в крайнем случае, местными пейзажами. Официальной категории лоджи не имеют. Турфирмы обычно сами оценивают, на сколько "звезд" тянет тот или иной домик. Правда, большинство лоджей легко выдерживают сравнение с гостиницами класса "четыре" и даже "пять звезд".

Основная архитектурная особенность всех без исключения лоджей – они ничем не огорожены. Бунгало просто стоят посреди саванны, и любой дикий зверь волен, когда ему вздумается, прогуляться по территории отеля. Чтобы все понимали: турист здесь гость и должен сидеть в клетке, а они у себя дома. Кроме того, столь шокирующее на первый взгляд архитектурное решение лучше всего защищает постояльцев: если пути к отступлению отрезаны, зверь в панике начнет защищаться от всех подряд, если же они свободны, он предпочтет уйти. Так или иначе, постояльцам выходить в одиночку из домиков не рекомендуется. А после наступления темноты самостоятельные прогулки запрещены категорически. Даже на обед и ужин гости должны ходить под присмотром сотрудников лоджа, которых нужно вызывать по телефону, не выходя на улицу.

Но даже сидя в домике, не всегда можно расслабиться и вздохнуть свободно. Особенно, если вы любите свежий воздух. Через открытое окно в бунгало может запросто проникнуть не только забавная птичка, но и какая-нибудь змея, которой захочется полежать в вашей постели. Так что перед сном рекомендуется тщательно исследовать свое ложе.

Обычно лоджи стараются построить на берегу реки, озера или, в крайнем случае, пруда. Делается это для того, чтобы завтракающие, обедающие или ужинающие постояльцы могли наблюдать, как, к примеру, бегемот утром полощет горло. Бояться его нечего: строение ног не позволит ему подняться по ступенькам, ведущим к лоджу.

Сафари начинается рано утром, сразу после восхода солнца, чтобы успеть увидеть зверей до того, как на африканский буш обрушится жара. Развлечение это не для слабонервных, ведь джип, в котором сидят туристы, открытый, без малейшего намека на крышу. Те, у кого воображение развито особенно сильно, легко представляют себе, как им на голову играючи прыгает какой-нибудь хищник. Поначалу немного уверенности придает тот факт, что кроме водителя группу охраняет вооруженный рейнджер. Но когда через полчаса выясняется, что карабин у них один на двоих, да и то незаряженный, эта уверенность улетучивается. Первое время вздрагиваешь от каждого звука. Правда, убедившись, что рассвирепевшее стадо слонов за ближайшими деревьями не прячется, а в траве не залегли цепи готовящихся к прыжку леопарды, постепенно успокаиваешься. А успокоившись, начинаешь наслаждаться тем, что тебя окружает.

Сафари похоже на лотерею. Иногда, если повезет, можно увидеть сразу всю так называемую большую африканскую пятерку – льва, слона, носорога, леопарда и буйвола буффало. А иногда только антилоп, да и то издалека. Интересно, что хотя зверей в частных заповедниках и меньше, но наблюдать за ними там удобнее. В национальных парках машинам обычно приходится передвигаться по специальным магистралям, заезжать вглубь территории не разрешается. Владельцы частных парков разрешают своим гостям углубляться в буш так далеко, как они пожелают. Разумеется, покидать машину и там, и там категорически запрещено.

Когда попадается какой-нибудь интересный зверь, водитель останавливается, чтобы дать туристам возможность всласть пофотографировать и понаблюдать за животным. Многие из обитателей парков к джипам с туристами уже привыкли и спокойно и даже с достоинством, словно понимая собственную исключительность дают запечатлеть себя на пленку. Потягиваются и как будто делают вид, что им все равно.

По возвращении домой забыть саванну и ее обитателей все равно не удается. И долго не оставляет подсознательное ощущение того, что, войдя в дом, надо немедленно получше закрыть за собой входную дверь.

0